19 мая 2022, четверг
Областные новости
18.05.2022
Губернатор Олег Мельниченко подчеркнул, что российско-белорусское сотрудничество становится особенно значимо в условиях экономических санкций недружественных стран. Он назвал Республику Беларусь стратегическим партнёром Пензенской области.
18.05.2022
Студенты ПГУ и Финансового университета – участники олимпиады по истории российского предпринимательства – посетили завод «СтанкоМашСтрой» в среду, 18 мая 2022 года.

Мы в ВКонтакте

Мы в Одноклассниках

К 77-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

22.04.2015

«СИНИЧКА» В БЕЛОМ ХАЛАТЕ

Перебирая фотографии, старший сержант медицинской службы  Антонина Афанасьевна Рыбакова (Синицына) протянула мне одну карточку – немного выцветшую, но лица на ней были хорошо различимы. На всех военная форма, ордена, на лицах улыбки. «Это уже в мае 1945 года мы фотографировались, - говорит Рыбакова. – Счастливые! Ведь война закончилась». Только путь к победному счастью был труден и тернист, не каждый дошел его до конца.
…Война застала Антонину Синицыну на рабочем месте: в июне 1941 года она работала медицинской сестрой в Николо-Пестровской больнице. Когда по репродуктору объявили, что началась всеобщая мобилизация на фронт, Антонина, девятнадцатилетняя девчонка, решила твердо: пойду воевать, и точка! Правда, в военкомате ее рапорт не приняли: рано, мол, еще, подойдет черед, сами вызовем. 
Черед подошел в августе 1941 года. Тогда в городе Кузнецке Пензенской области под наблюдением Маршала Советского Союза К.Е. Ворошилова формировалась 354-я стрелковая дивизия, куда вошел 443-й медицинский санитарный батальон, сформированный из лучших врачей, медсестер и санитаров со всей области. В состав медперсонала батальона вошла и Антонина Синицына, чей военный путь протянулся через всю войну, от Москвы до Берлина. 
«Сначала даже не понимала, что меня ждет, - рассказывает Антонина Афанасьевна. – Почему-то тогда, в 1941-м, все решили, что война недолго продлится, мол, не все повоевать успеют. Вот и мне, глупой девчонке, хотелось успеть принести пользу Родине. Не думала, что будет так страшно и тяжело. 5 декабря 1941 года мы прибыли на станцию Сходня, что недалеко от Москвы. Не успели сойти с поезда, как невидимый в темноте немецкий самолет сбросил бомбу. Грохот был такой, что уши заложило. К счастью, никто не пострадал, только взрывом нас и вещи раскидало по разным сторонам. Но мы встали, собрали свои пожитки и пошли дальше».
Медсанбат расположился в доме отдыха имени Микояна. Сюда без конца привозили раненых солдат, участвовавших в битвах под Москвой. «Когда я увидела первых раненых, то заплакала от жалости, - вспоминает Антонина Афанасьевна, - и крови очень боялась. Руки тряслись так, что хирург даже прикрикнул: ну, давай, возьми себя в руки, людей надо спасать!  И взяла, и стала помогать доктору проводить операции. О смерти как-то не думалось, некогда было – перевязки, операции, стирка бинтов и снова операции... Бывало, по несколько дней не выходили из операционной – так много было раненых! 
Помню, стою недалеко от палатки, чтобы хоть немного передохнуть между операциями, и вдруг слышу – самолет летит. Почему-то подумалось, что ничего страшного, мимо пролетит. А он, оказывается, для разведки летел. А за ним другой – бомбардировщик, и давай нас бомбить. Один снаряд прямо в палатку и угодил, возле которой я стояла. Меня в сторону отбросило, а те, кто был внутри, пострадали: санитара убило на месте, хирурга ранило в голову, медсестра тоже получила ранения. А я жива-здорова! Вот с тех пор стала верить в судьбу».
Первая военная зима 1941-1942 года, вспоминает Антонина Афанасьевна, была суровой. Днем мог пойти снег с дождем, а ночью температура опускалась до минус 30 градусов. А солдаты-то все в летних ботинках и гимнастерках – зимнее обмундирование получили не все! Поступало много обмороженных бойцов – как не старались хирурги, но многим приходилось ампутировать обмороженные конечности. Лекарства были на вес золота, операции делали без анестезии и обезболивания. А так хотелось облегчить страдания людей!  «Только и слышала со всех сторон: сестричка-синичка, помоги! – рассказывает Антонина Афанасьевна. -  А чем я могла помочь? Только поговорить, или помочь письмо домой написать, или перевязать. Для раненых солдат даже это было в радость и облегчало страдания».
443-й медсанбат в составе 354-й стрелковой дивизии после боев под Москвой стал двигаться на запад. Еще много было боев впереди, тысячи раненых солдат, десятки операций. Но самая тяжелая пора, говорит Антонина Рыбакова, - это под Сталинградом. Тогда, с 1 по 7 марта 1943 года, приходилось оперировать по несколько десятков (!) раненых бойцов. И ее, простую медсестру, поставили к операционному столу. И Антонине Афанасьевне, которая до сих пор только видела, как работают хирурги, пришлось срочно научиться оперировать – вытаскивать осколки от снарядов и гранат, пули, ампутировать раздробленные конечности. На счету нашей героини 322 операции, проведенных ею в эти семь долгих кровопролитных сталинградских дней. За храбрость и мужество, проявленное Антониной Афанасьевной, когда приходилось оперировать чуть ли не под шквальным огнем немецкой артиллерии, она награждена медалью «За боевые заслуги» и орденом Красной Звезды. 
После Сталинграда были Курская дуга, Белоруссия, Польша. Победу Антонина Афанасьевна встретила в лесу под Берлином, где был развернут полевой госпиталь. «Когда объявили о победе над фашистской Германией, все стали петь, танцевать, обниматься, - со слезами на глазах вспоминает ветеран. – И так легко стало на душе, словно в непогожий день тучи вдруг рассеялись, и выглянуло солнце. И так сердце что-то защемило, словно в предвкушении: домой, скоро домой!».
И действительно, уже в октябре 1945 года Антонина Рыбакова вернулась в родной Никольск. И снова на боевой пост – в районную больницу, где проработала тридцать с лишним лет. Война давно закончилась, но память упорно продолжает помнить о тех днях, о боевых товарищах, погибших и ныне еще здравствующих. И мне тоже от всей души хочется пожелать Антонине Афанасьевне здоровья и сказать спасибо за ее подвиг во имя мирного неба над нашей головой!
Мария ВОЛКОВА.

Перебирая фотографии, старший сержант медицинской службы  Антонина Афанасьевна Рыбакова (Синицына) протянула мне одну карточку – немного выцветшую, но лица на ней были хорошо различимы. На всех военная форма, ордена, на лицах улыбки. «Это уже в мае 1945 года мы фотографировались, - говорит Рыбакова. – Счастливые! Ведь война закончилась». Только путь к победному счастью был труден и тернист, не каждый дошел его до конца.


…Война застала Антонину Синицыну на рабочем месте: в июне 1941 года она работала медицинской сестрой в Николо-Пестровской больнице. Когда по репродуктору объявили, что началась всеобщая мобилизация на фронт, Антонина, девятнадцатилетняя девчонка, решила твердо: пойду воевать, и точка! Правда, в военкомате ее рапорт не приняли: рано, мол, еще, подойдет черед, сами вызовем. 

Черед подошел в августе 1941 года. Тогда в городе Кузнецке Пензенской области под наблюдением Маршала Советского Союза К.Е. Ворошилова формировалась 354-я стрелковая дивизия, куда вошел 443-й медицинский санитарный батальон, сформированный из лучших врачей, медсестер и санитаров со всей области. В состав медперсонала батальона вошла и Антонина Синицына, чей военный путь протянулся через всю войну, от Москвы до Берлина. 

«Сначала даже не понимала, что меня ждет, - рассказывает Антонина Афанасьевна. – Почему-то тогда, в 1941-м, все решили, что война недолго продлится, мол, не все повоевать успеют. Вот и мне, глупой девчонке, хотелось успеть принести пользу Родине. Не думала, что будет так страшно и тяжело. 5 декабря 1941 года мы прибыли на станцию Сходня, что недалеко от Москвы. Не успели сойти с поезда, как невидимый в темноте немецкий самолет сбросил бомбу. Грохот был такой, что уши заложило. К счастью, никто не пострадал, только взрывом нас и вещи раскидало по разным сторонам. Но мы встали, собрали свои пожитки и пошли дальше».

Медсанбат расположился в доме отдыха имени Микояна. Сюда без конца привозили раненых солдат, участвовавших в битвах под Москвой. «Когда я увидела первых раненых, то заплакала от жалости, - вспоминает Антонина Афанасьевна, - и крови очень боялась. Руки тряслись так, что хирург даже прикрикнул: ну, давай, возьми себя в руки, людей надо спасать!  И взяла, и стала помогать доктору проводить операции. О смерти как-то не думалось, некогда было – перевязки, операции, стирка бинтов и снова операции... Бывало, по несколько дней не выходили из операционной – так много было раненых! 

Помню, стою недалеко от палатки, чтобы хоть немного передохнуть между операциями, и вдруг слышу – самолет летит. Почему-то подумалось, что ничего страшного, мимо пролетит. А он, оказывается, для разведки летел. А за ним другой – бомбардировщик, и давай нас бомбить. Один снаряд прямо в палатку и угодил, возле которой я стояла. Меня в сторону отбросило, а те, кто был внутри, пострадали: санитара убило на месте, хирурга ранило в голову, медсестра тоже получила ранения. А я жива-здорова! Вот с тех пор стала верить в судьбу».

Первая военная зима 1941-1942 года, вспоминает Антонина Афанасьевна, была суровой. Днем мог пойти снег с дождем, а ночью температура опускалась до минус 30 градусов. А солдаты-то все в летних ботинках и гимнастерках – зимнее обмундирование получили не все! Поступало много обмороженных бойцов – как не старались хирурги, но многим приходилось ампутировать обмороженные конечности. Лекарства были на вес золота, операции делали без анестезии и обезболивания. А так хотелось облегчить страдания людей!  «Только и слышала со всех сторон: сестричка-синичка, помоги! – рассказывает Антонина Афанасьевна. -  А чем я могла помочь? Только поговорить, или помочь письмо домой написать, или перевязать. Для раненых солдат даже это было в радость и облегчало страдания».

443-й медсанбат в составе 354-й стрелковой дивизии после боев под Москвой стал двигаться на запад. Еще много было боев впереди, тысячи раненых солдат, десятки операций. Но самая тяжелая пора, говорит Антонина Рыбакова, - это под Сталинградом. Тогда, с 1 по 7 марта 1943 года, приходилось оперировать по несколько десятков (!) раненых бойцов. И ее, простую медсестру, поставили к операционному столу. И Антонине Афанасьевне, которая до сих пор только видела, как работают хирурги, пришлось срочно научиться оперировать – вытаскивать осколки от снарядов и гранат, пули, ампутировать раздробленные конечности. На счету нашей героини 322 операции, проведенных ею в эти семь долгих кровопролитных сталинградских дней. За храбрость и мужество, проявленное Антониной Афанасьевной, когда приходилось оперировать чуть ли не под шквальным огнем немецкой артиллерии, она награждена медалью «За боевые заслуги» и орденом Красной Звезды. 

После Сталинграда были Курская дуга, Белоруссия, Польша. Победу Антонина Афанасьевна встретила в лесу под Берлином, где был развернут полевой госпиталь. «Когда объявили о победе над фашистской Германией, все стали петь, танцевать, обниматься, - со слезами на глазах вспоминает ветеран. – И так легко стало на душе, словно в непогожий день тучи вдруг рассеялись, и выглянуло солнце. И так сердце что-то защемило, словно в предвкушении: домой, скоро домой!».

И действительно, уже в октябре 1945 года Антонина Рыбакова вернулась в родной Никольск. И снова на боевой пост – в районную больницу, где проработала тридцать с лишним лет. Война давно закончилась, но память упорно продолжает помнить о тех днях, о боевых товарищах, погибших и ныне еще здравствующих. И мне тоже от всей души хочется пожелать Антонине Афанасьевне здоровья и сказать спасибо за ее подвиг во имя мирного неба над нашей головой!

 

Оставить комментарий